Не всякие мама и папа могут требовать алименты
Два обстоятельства на букву «н» — нетрудоспособность и нуждаемость — делают исковые требования родителя обоснованными.
Если возрастной гражданин не в силах работать, но состоятелен, Фемида критически отнесётся к его притязаниям на деньги отпрысков. И наоборот, если чьи-то отец или мать бедны, но по здоровью и возрасту ещё «ого-го» и способны зарабатывать, суд тоже не возьмёт их сторону.
Эти условия важно учитывать россиянам, прежде чем принимать решение о взыскании алиментов с наследников в принудительном порядке. Больше обоснованных исков — меньше загружены наши суды.
Платёжеспособность ответчиков тоже не скидывается со счетов
Исследуя тему, ваша корреспондент пришла к выводу: «родительско-детские» разборки — одни из тех, что заставляют служителей правосудия наиболее глубоко погружаться в семейные бухгалтерии каждой из сторон.
А всё потому, что именно по делам о нравственных долгах взрослых детей перед давшими им жизнь людьми закон не имеет привязки ни к процентам от зарплаты, ни к величине МРОТ. Та твёрдая цифра, какую судья определит, и будет каждый месяц выплачиваться. Беря на себя бремя подобной ответственности, суд обязан исследовать не только, насколько нуждается, скажем, пожилой отец, но и насколько способен помочь ему взрослый сын, который нередко уже сам пенсионного возраста.
Здесь нет жёстких формул и зависимостей, а потому Фемида может скостить цифру исковых притязаний родителя, если будет подсчитано, что она зашкаливает.
При анализе запрошенной суммы иска судья решает — какие базовые потребности пожилой человек не может покрыть из собственных доходов. Таковых позиций по закону всего три:
— питание;
— оплата коммунальных услуг;
— лечение.
Судья при подготовке к делу совмещает «минус» родителя с «плюсом» ребёнка и ищет баланс, золотую середину размера алиментов, чтобы не были ущемлены в основных потребностях ни одна из сторон.
Свердловские кейсы, или 10 тысяч на дрова и лекарства для матери
К чести свердловчан, мы не можем утверждать, что суды изобилуют делами такого рода. И всё же за последние годы нам встретились несколько историй, когда судьям пришлось опираться на «восемьдесят седьмую» статью Семейного кодекса РФ, чтобы призвать несознательных деток к порядку.
Так, Нижнесергинский районный суд Свердловской области обязал гражданку В (инициал условен) ежемесячно выплачивать пожилой маме 10 тысяч рублей. Истице не хватало маленькой пенсии на дрова, дорогие, но необходимые фармацевтические препараты и мясные продукты. В то время как у ответчицы-дочери был стабильный доход. Кстати, размер дочерних заработков суд также не сбросил со счетов, в результате чего матери пришлось снизить исковую сумму с 18 тысяч до 10 тысяч.
Пенсии истца, не дотягивавшей до 22 тысяч рублей, не хватало на «сердечные» лекарства и оплату «коммуналки». Помогать пожилому нуждающемуся екатеринбуржцу теперь обязан его сын, сам пенсионер МВД, но с доходом, приемлемым для исполнения сыновнего долга.
Когда люди, лишённые родительских прав, «вспоминают» о детях…
Вот тут российское законодательство берёт сторону выросших взрослых, деньги которых вдруг понадобились бывшим горе-родителям. Таким истцам однозначно отказывают в иске. Расхожая фраза «лишение родительских прав» обретает прикладное звучание — права требовать алименты у них тоже нет.
«Уклонялся или не уклонялся» — как ни крути, понятие субъективное, и детям-ответчикам тут придётся доказать факт неучастия истца в воспитании. А самому истцу прикрыться лишь доводом о регулярно выплачиваемых алиментах будет недостаточно, требуются ещё и все виды прочей родительской заботы — интерес к ребёнку, совместное с ним время, внимание к его проблемам и помощь в их разрешении.
Признаться, ваша корреспондент сама не знала о таком тонком моменте. А именно: если человек регулярно и вплоть до совершеннолетия перечислял 25 процентов от зарплаты на ребёнка, но даже знать отпрыска не хотел, суд может отклонить его притязания на движение денег в обратную сторону.
17
