ЕКАТЕРИНБУРГ - Жертвы террористических вербовщиков есть в каждой школьной аудитории Екатеринбурга. К такому выводу пришла федеральный эксперт Яна Амелина после трёх дней работы в школах уральской столицы. По её словам, главная мишень противника сменилась: если раньше объектами вербовки были мальчики-подростки, теперь это девочки двенадцати лет и чуть старше. И далеко не всегда из неблагополучных семей — наоборот, всё чаще жертвами становятся внешне социализированные участницы патриотических движений.
Смена тактики: почему именно девочки
Причина перехода на девочек-подростков, по мнению эксперта, кроется в психологии восприятия. Мальчик в ситуации террористической опасности автоматически привлекает больше внимания со стороны силовых структур. Маленькая девочка — нет. «Разве мы можем подумать, что она может что-то нести на себе, стать разведчиком, снимать что-то для противника?» — рассуждает Амелина. Подросток с телефоном в руке, снимающий видео на улице, у окружающих ассоциируется с социальными сетями, а не с выполнением чьего-то задания.
Особую тревогу вызывает то, что в зону риска попадают не только проблемные дети. Среди жертв — активные участницы «Движения первых» и других молодёжных организаций. «Вроде бы вполне правильно социализированный ребёнок попадает под влияние негативной пропаганды», — констатирует эксперт. Участие в патриотических проектах, по её наблюдениям, не гарантирует защиты от деструктивного воздействия.
«Дайвинчик»*: главный канал вербовки
Основной инструмент вербовки несовершеннолетних — чат-бот для знакомств «Дайвинчик»*, работающий внутри Telegram и «ВКонтакте». Сервис, у которого более семнадцати миллионов подписчиков, не проводит верификации пользователей и не имеет системы проверки возраста.
Схема работает так: вербовщик создаёт фейковую женскую или мужскую анкету, вступает в переписку с подростком, постепенно входит в доверие. Затем просит отправить геолокацию — якобы для встречи. После получения данных из переписки появляется «представитель силовых органов», который заявляет, что деньги ушли на счета ВСУ, а координаты будут использованы для ракетных ударов. Под угрозой уголовного преследования родителей подростка заставляют выполнить «задание» — поджечь релейный шкаф, машину полиции, административное здание.
В Казахстане «Дайвинчик»* уже запретили — Алатауский районный суд Алма-Аты постановил заблокировать сервис из-за отсутствия механизмов проверки возраста и прямой угрозы безопасности несовершеннолетних. В России бот внесён в Единый реестр запрещённых сайтов Роскомнадзора.
Яна Амелина предлагает не полное закрытие платформы, а более точечное решение: «Лучше всего полностью убрать оттуда тех людей, вербовщиков врага, которые там ищут среди ребят своих возможных жертв».
Статистика: цифры, которые заставляют вздрогнуть
Данные Совета безопасности РФ за первое полугодие 2026 года подтверждают масштаб проблемы. Число подростков, совершивших преступления террористического характера в результате вербовки, выросло в 2,2 раза — со 188 до 196 человек. Количество несовершеннолетних, задержанных за экстремистские преступления, увеличилось в 1,4 раза — с 62 до 87. В целом за первое полугодие выявлено 11,4 тысячи подростков, преступивших закон, что на 9% превышает показатели прошлого года.
По данным Следственного комитета, через «Дайвинчик»* завербованы и задержаны молодые люди в возрасте от 12 до 22 лет в нескольких регионах России. В Екатеринбурге и Свердловской области вербовка также фиксируется через мессенджеры и онлайн-игры — Dota 2 и Counter-Strike, где есть возможность обмениваться сообщениями.
В 2025 году в преступлениях террористической и экстремистской направленности участвовал 391 ребёнок.
Профилактика: что делают в Екатеринбурге
Серия профилактических мероприятий в школах Екатеринбурга проходила с 9 по 11 сентября. Яна Амелина провела встречи с учащимися, родителями и педагогами в нескольких школах Чкаловского района. На встрече в школе № 44 собрались учителя микрорайона Вторчермет, в школе № 102 — более двухсот школьников из шести учебных заведений. Эксперт разъяснила нормы УК РФ: уголовная ответственность за теракт и диверсию наступает с 14 лет, за государственную измену — с 16. В России уже вынесено свыше 170 обвинительных приговоров несовершеннолетним и более 830 — молодым людям от 18 до 24 лет.
«Ты не получишь обещанных лёгких денег за поджог. Ты получишь реальный, большой срок и полностью сломанную жизнь — именно об этом мы обязаны открыто и честно говорить с подрастающим поколением», — подчеркнула Амелина.
Для психологической помощи подросткам, попавшим в трудную ситуацию, в Екатеринбурге работают два бесплатных центра — «Форпост» и «Ладо», оба с круглосуточными горячими линиями.
Что делать родителям
Эксперты сходятся во мнении: запретить конкретное приложение или соцсеть — недостаточно. Подросток перейдёт на другую платформу. Ключевой фактор — доверительные отношения в семье, при которых ребёнок не побоится рассказать о подозрительном контакте. Полезно объяснить простое правило: любой незнакомец, который просит что-то скрыть от родителей, перевести разговор в другой мессенджер, выполнить задание за вознаграждение или отправить фотографии объектов, должен восприниматься как потенциальная угроза.
При подозрении на вербовку специалисты рекомендуют обращаться в ФСБ, МВД или прокуратуру через формы обратной связи на официальных сайтах этих ведомств. Чем раньше вмешаются взрослые, тем выше шанс вывести подростка из-под контроля кураторов до того, как черту переступить невозможно.
* - чат-бот «Дайвинчик» внесли в Единый реестр запрещённых сайтов
